Category: эзотерика

Category was added automatically. Read all entries about "эзотерика".

Тамплы под Вальпургиеву ночь...

Когда же пробило полночь, то взвился в воздух с подушки Монбельеровой маленький, но шустрый голубоватый смерчик, и, жужжа по-осиному, вынесся из келии командорской через замочную скважину, просвистел через дормиторий, по пути успев дернуть брата Франсуа за усы – тот, не просыпаясь, витиевато проклял и Саладина, и Келауна с Малеком, и все племя сарацинское, вихрь рассыпался хохотом и голубыми искрами, снова свился и стрелой унесся далее – во двор, взметнулся над стеной и миг спустя исчез в роскошной черноте летней ночи, аки серебряная шпилька в смоляных кудрях султанской наложницы…
…И опустился на низкий длинный холмик под оливой, рядом с перекрестком нарбоннской мощеной дороги и проселочка. И стало из вихря голубоватое полупрозрачное маленькое, с кошку ростом, существо – усатая мордочка, хвост, перепончатые крылья, козлячьи рожки… Встало на задние лапки, прохаживается взад-вперед по холмику, охорашивается, приглаживает шерстку, по траве копытцем раздвоенным бьет… Пошевелило усами, лапки потерло… И давай рыть землю, рвать когтями дерн - только комья полетели! Глубже яма, шире, длиннее… Ткань показалась белая… Замотано в нее что-то длинное, узкое… Тело человечье.
Хихикнуло существо, подпрыгнуло, осторожно двумя лапками откинуло саван у покойника с головы. Предстало перед небом и звездами иззелена-бледное лицо, уже тронутое тлением: гордый профиль, светлые усы, улыбка насмешливая на губах синих застыла… Несуразица с крылышками принюхалась, носик сморщила, хвостом повертела. Потом уселась, как кошка, у мертвеца на груди, мордку к небу задрала и давай насвистывать песенку. То стрекочет, как цикада, то, как летучая мышь, пищит… И стали собираться на ту песенку огоньки, вроде болотных – какой сверху, будто со звезды сорвется, какой по траве подбежит, а какой и из земли могильной выкопается… Набралась их, огоньков этих голубоватых, целая куча. Всю яму залило светом, как водой, до краев. Существо из ямы вынырнуло, село на кучу земли, копытца скрестило – и знай себе поет.
И сложились огоньки – в тело. Такое же в точности, какое лежало в яме. Только голубоватое. И совсем голое. И видно сквозь него. Осмотрела его нежить хвостатая, еще пару раз присвистнула-припискнула, запоздавшие огоньки поторапливая. Поймала огонечки – приделала на место ноготь на мизинце ноги… процарапала линию на ладони, ввинтила недостающую ресницу… Еще раз осмотрела, обнюхала – довольна осталась.
Махнула хвостом лихо, с вывертом – закрылась могильная яма, будто никто ее никогда не раскапывал. А тело из огоньков собранное осталось поверх дерна лежать. Радуется нечисть, крылышками трепещет, копытцами пританцовывает: все, знать, вышло как надо. Подлетела — и давай творение свое ласкать, оглаживать, целовать в уши, в губы, в ноздри, в глаза… а потом раз – и как куснет в грудь, где у доброго христианина сердцу быть полагается.
И – вздрогнуло тело. Дернулось. Даже вздохнуло пару раз.
Встрепенулась нелепица хвостатая, в ладошки захлопала, прыг телу на грудь, тормошит, за усы теребит, ластится: «Ну же, Анри, давай, вставай, просыпайся!».
И - отверз очи призрак. Поморгал. Пошевелить попробовал руками-ногами – получилось. На локте приподнялся. Сел. Себя оглядел. Вокруг огляделся. Хвостатого заметил, что сидел рядом смирненько, лапочки сложив, и любовался содеянным.
- Свят-свят, изыди, нечистый!
-Ну вот… - отлетев на безопасное расстояние, обиженно протянула нелепица. – Его воскресили, а он тут…
- Воскресили? – медленно, чуть не по слогам переспросил призрак, и опять принялся оглядывать себя и ощупывать, не веря своим призрачным глазам, кошачьей зеленью поблескивавшим в лунном свете.
- Ну да! – кивнула маленькая нежить. – Ты что, все забыл, Анри? Ну, вспоминай! Брат Клеман, мессир Лаир, братья цистерцианцы приехали… «Держи дьявола – кто удержит!». Ну, что – вспомнил?
- Да, - наконец проговорил Белый Дьявол, усаживаясь в своей любимой позе, по-сарацински. Снова огляделся вокруг. – Так я теперь, значит, привидение… Дух неупокоенный… А ты, нечисть хвостатая…?
- Что, еще не вспомнил? Себя вспомнил, а меня нет? – рогатик накуксился и отвернулся, закрыл мордку ладошками, будто плачет. – Ну, помнишь Акру?
Призрак кивнул: еще бы!
- А бухту? Приданое Эстер? Книгу папы Сильвестра?
- Бафомет…
- Ну вот, слава Люциферу сиятельному! Наконец-то! Вспомнил! Долг платежом красен, мессир Анри! Ты меня выпустил тогда, а я тебя только что воскресил! Проси чего хочешь, Белый Дьявол! Все для тебя сделаю! – обрадовался бес, хвостиком завертел, целоваться к призраку лезет. Тот отмахнулся: да ну тебя, развел тоже нежности!
- Где это мы?