November 23rd, 2009

писанина

Идея
(стихотворение в прозе)
Идея входит в пустую голову, как неприятель - в столицу, которую бежавший монарх оставил на произвол судьбы.
Сперва - колонной по главной улице: разудалый марш, усы, знамена, доспехи... Те из местных, кто не успел удрать, осторожно выглядывают из окон - и замирают в невольном восхищении:
«Это, разумеется, весьма спорно... Но так необычно... и так красиво!»
Потом они по одному, по двое, идут в каждый дом, в каждый двор, стучатся властно, входят бесцеремонно, как завоевателям и положено.
Превращают часовню в сортир, заваливаются в грязных сапогах на мамину постель, пускают на самокрутки дедушкины книги... - Но у них такой бравый вид! Они так веселы... Они так щедры, если им нравятся твои прелести! «Это же прикольно... Прикинь, лысый, с барабаном, и в оранжевой простыне! И кормят на халяву, прикинь!»
И потом, надо держать нос по ветру, если хочешь остаться в живых! «Это, конечно, полная ерунда - но ведь начальство-то в нее поверило!»
На улицах шум и суета, из дверей кабака слышатся веселые пьяные голоса и звуки скрипки, вечерами окна светятся... Пролетающей вороне город, пожалуй, покажется живым.
А те, кто в городе, постепенно начинают думать, что вот это и есть нормальная жизнь: лето, солнце, горы дармовой еды, потоки выпивки, трофеи, податливые девочки... постояльцы, ставшие уже вроде как своими - да и что в них страшного, люди как люди, даром что враги! «Ведь их песнопения сплошь о добре и мире! Да и Гринпис...»
Победители и побежденные уже и не вспоминают, что есть мир за городскими стенами... и что была когда-то другая жизнь, до войны, без войны... «Это учение всесильно, потому что оно верно!»
А потом - дождь, снег, потухшие камины, опустевшие погреба и кладовые... Постояльцы уже ничего не дают, а наоборот, отбирают последнее... Что ни ночь, то где-то что-то рушится или вспыхивает - не то от гнева Господня, не то от цыгарки в сене... На соборной площади будто из воздуха сгущается виселица... В город на стальных гусеницах вползают страх и недоумение: «Как же так? Ведь мы не думали... Ведь мы этого не хотели!»
Однако - поздно. Войско бежит из города, как гной из лопнувшего нарыва, увлекая за собой всех, кто не спрятался. Последовать за ним страшно. Но еще страшнее остаться в пустом доме, на пустой улице... вне пространства и времени. Потому что тогда придется думать. А думать ты не привык.
И город остается еще пустее, чем был. Покуда не явится новая Идея.
30.4.03

стихотворение дня

Ш. Бодлер. Альбатрос (перевод В. Левика)

Временами тоска заедает матросов,
И они ради праздной забавы тогда
Ловят птиц океана, больших альбатросов,
Провожающих в бурной дороге суда.
Грубо кинут на палубу, жертва насилья,
Опозоренный царь высоты голубой,
Опустив исполинские белые крылья,
Он, как весла, их тяжко влачит за собой.
Лишь недавно прекрасный, взвивавшийся к тучам,
Стал таким он бессильным, нелепым, смешным!
Тот дымит ему в клюв табачищем вонючим,
Тот, глумясь, ковыляет вприпрыжку за ним.
Так, поэт, ты паришь под грозой в урагане,
Недоступный для стрел, непокорный судьбе,
Но ходить по земле среди свиста и брани
Исполинские крылья мешают тебе.